Мария Мур - Огонь у нас в крови [СИ]

— Ты не можешь так поступить! А давай мы тебя… вас отпустим и забудем про этот инцидент? Ты ведь добрая девочка, — уговаривал меня брюнет, истерично перебирая пальцами свои волосы и кое-где даже выдирая пряди. Тут он заметил брошенную на пол пилу. Нервным жестом мужчина поднял инструмент и замахнулся.

Дальше медлить я не стала, — Aurerum morten' soularen'm Flaurum! — сила достаточно долго концентрировалась, чтобы огромным потоком хлынуть из меня во все стороны. Справа послышался предсмертный крик, и горстка пепла опустилась к моим ногам. К ней же присоединились железные опилки от пилы. 'Очищающий Огонь' уничтожает все, даже камень и железо, если на них есть аура тьмы.

Белый Огонь залил всю комнату, добросовестно выполняя свою работу. Через час здесь не останется ни крошки от прежней темницы.

— Арти, — Ледяной Принц замер и удивленно уставился на меня. Потом, словно очнувшись, подбежал, чтобы подхватить у самой земли, когда цепи поддались пламени, — Ты как?

— Через пару часов приду в себя. Надо выбираться. Огня не бойся, нас он не тронет.

— Хорошо, расскажешь все по дороге, — парень вынес меня из камеры и пошел на выход.

— Ты же хромал, — вспомнила я с твердым намерением встать на пол и идти самостоятельно.

— Со мной все в порядке, просто защемило что-то, не переживай, — улыбнулся блондин, — Лучше расскажи, что такое убойное ты применила.

— Заклинание 'Очищающего Огня'. Давно ещё нашла его в бабушкином гримуаре, а сейчас вот вспомнилось.

— Интересное чтиво. А что, сказок в детстве у тебя не было? — пробудил своё ехидство граф.

— Были, правда, не долго. Я постоянно спрашивала, почему главный злодей такой дурак, что позволил себя так легко поймать, или почему главная героиня такая блондинка, раз повелась на россказни принца и даже не проверила его репутацию, а то может он нелегально провозит товар в страну или его в замке гарем ждет.

— Откуда столько пессимизма, Принцесса?

— Хотела б я знать. Все, я пришла в норму, можешь меня отпускать, — уставилась на мага в ожидании. Меня аккуратно поставили на снег и взяли за руку. Я даже не пыталась сопротивляться, смысл? Мы обошли здание, будто вмурованное в скалу и пошли вверх по склону.

— Прости меня, Арти, — вдруг сказал Данте, — Я не смог ничего сделать, чтобы нас вытащить оттуда. А ты…

— Тс… — я накрыла ладонью губы мага, — Никто не знал, что так получится, не нужно себя винить. Мы выжили, и это главное. Пойдем, — потянула напарника за собой, но буксир из меня оказался плохой — он даже с места не сдвинулся, — Чего замер? Наши вещи остались где-то у этих психов, нужно быстрее дойти до вершины и вернуться домой.

— Да, конечно, — задумчивый парень шагал рядом со мной, иногда чересчур сильно сжимая мою руку, я не возражала, пусть переварит все происходящее и успокоится, наконец.

— Ухты! — я с восторгом маленького ребенка уставилась на открывшийся вид. Туман исчез ещё тогда, когда нас вели к Вареку 'домой'. А сейчас ещё и этому бесконечному лесу пришел конец, — Фантастика, — прошептала я, подбегая к обрыву и всматриваясь в сказочную даль. А там виднелись вершины двух гор — Баренс и- человеческого княжества и Данш ар — вампирского королевства. На другой стороне Альто можно было бы увидеть гору Женр аш, соответственно княжества оборотней. Небо на седьмой день выдалось чистым-чистым, так что солнце светило во всю, заставляя снег искрить и блестеть.

— Малих сказала, что мир будет принадлежать двоим — тем, кто покорит вершину Альто. Наверное, это оно и есть, — безмятежно улыбнулась, впервые за этот день ощущая спокойствие.

— Наверное, — согласился маг, он подошел сзади и обнял за талию. Я положила свои руки на его и продолжила:

— Мир у наших ног и мир в наших сердцах. Даже удивительно, учитывая, что мы пережили недавно. И что нам принесет следующий день? Эх… час от часу не легче.

— Оставь философствования на тему завтрашнего дня оракулам, Принцесса. Мы сделали то, что от нас требовалось. Сейчас нам нужно вернуться домой и успокоить Карен, боюсь папа не сможет её долго сдерживать, — усмехнулся блондин и запечатлел поцелуй на моей скуле. За спиной послышался волчий вой. Совершенно не беспокоясь на этот счет, мы обернулись. Ну, а чего ради нам пугаться волка после плена у сумасшедших алхимиков? Вот и я не знаю.

— Красивый волчара, — присвистнул Данте. Да, с этим я согласилась. Волк и вправду выглядел потрясающе: массивный, с густой длинной шерстью, по цвету сливающейся со снегом, и яркими синими глазами.

— Ага… — прошептала я, а потом сделала то, что могла сделать только я, напугав при этом и Данте, и белоснежного пушистика — повисла на шее последнего.

— Край, боже, я и не надеялась тебя увидеть, — я вцепилась в шерсть зверя так, будто боялась, что стоит отпустить его, и он исчезнет.

— Я тоже этого не ожидал, малышка, — ответил волк, — Представь меня, пожалуйста, своему напарнику.

— Да, конечно, — я обернулась к парню и чуть не захохотала в голос, таким удивленным я его ещё не видела, — Это Данте Сериенте — мой одноклассник и напарник в Восхождении. Данте, это Край — фамильяр моего отца.

— Приятно познакомиться, — задумчиво проговорил блондин, — Арти, есть ещё что-нибудь этакого, что я о тебе не знаю?

— Ты ещё многого не знаешь обо мне, граф, — угрожающе произнесла и оскалилась во все тридцать два.

— Боюсь даже представить, что именно. А где собственно твой отец?

— Шон и Малих ждут вас наверху, — волчья голова махнула в сторону.

— Малих?! — в один голос переспросили.

— Да, она… она сама вам все расскажет. Идите за мной, я вас провожу, — Край развернулся и потрусил вверх по склону. Я поднялась с земли и направилась за ним, а Данте пошел рядом, бросая на меня задумчивые взгляды.

— Что? — не выдержала я.

— Ничего, — маг мотнул головой и ехидно улыбнулся, — Вот думаю, какие ещё секреты хранит в себе маркиза Вольская. Может у тебя в прадедушках короли числятся, а я и не знаю.

— Уверяю тебя, даже если у меня ручной дракон имеется, ты об этом рано или поздно узнаешь, — отшутилась от напарника, втайне испугавшись его прозорливость.

— Успокоила. Это твой отец? — парень перевел взгляд на одну из двух фигур на самой вершине.

— Папа… — не веря своим глазам, прошептала. Шаг, другой, и вот, я уже срываюсь на бег, не чувствуя, как горят легкие, и несусь вперед, видя перед собой только родную улыбку.

— Здравствуй дочка, — отец прижал меня к груди, позволяя мять все его ребра, пока я, наконец, не оторвалась, — Выросла, похорошела, жаль я все пропустил.